Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:19 

NaniRo ~
Название: Обмен
Автор: NaniRo
Бета: Iselilja
Версия: Лукьяненко Сергей «Дозоры»
Размер: мини, 4253 слова
Пейринг/Персонажи: Городецкий/Завулон
Категория: Слэш
Жанр: повседневность
Рейтинг: G
Краткое содержание: Эксперименты, проводимые с согласия обоих дозоров и Инквизиции, до добра не доводят. Антона, заядлого любителя влипать во все, что происходит, казалось бы, уже ничто не сможет удивить.
Однако, как позже выяснилось, существуют еще более глупые идеи, чем превращение всех людей на Земле в Иных.
Примечание: ООС есть, думаю.
Посвящение: Aquamarine_S
Спасибо тебе огромное за те произведения, что ты пишешь по этой паре. Они вдохновляют.


Городецкий уже давно понял, что эксперименты, проводимые с согласия обоих Дозоров и Инквизиции, до добра не доводят.
Казалось, его уже ничем нельзя было удивить. Переписать судьбу Иного? Проще простого, только мел судьбы надо где-то достать. Превратить человека в Иного? Пожалуйста, вот только нужна книга «Фуаран» и кровь двенадцати человек.
Городецкий, несмотря на достаточно юный для Иного возраст, уже многое повидал. Так откуда же было взяться удивлению?
Оказывается, существовали еще более глупые идеи, чем превращение всех людей на Земле в Иных...

***

Сбор персонала в зале был назначен на девять утра. Антон присел в кресло, стоявшее в дальнем углу, и огляделся.
Не было Семена, Гесера и Ольги, остальные уже разместились по своим местам.
— Привет, — панибратски хлопнув Городецкого по плечу, Семен присел рядом с ним. — Как думаешь, по какому поводу сбор?
— Понятия не имею, — ответил Антон. — Может, в шефе опять проснулась коммерческая жилка, и он решил поговорить об экономике?
— Скорее уж о введении в продажу, кроме кисломолочных продуктов, еще и алкогольных напитков. Представляешь, какая прибыль?
— Я был бы не против, — согласился тот. — Тем более, в то время, пока я был на миссии в "Ассоль", по официальным бумагам числился владельцем сети магазинов, предоставляющих молочную продукцию. Кто знает, возможно, и мне перепала бы доля.
Семен хмыкнул, но ответить не успел: в конференц-зал вошел Гесер, за которым по пятам следовала Ольга.
— Доброе утро, — поздоровался шеф. — Все здесь? Замечательно. Пару часов назад Инквизиция предложила провести один интересный эксперимент. С согласия Ночного и Дневного Дозоров я официально объявляю обмен кадрами. С этого часа двое работников Ночного Дозора станут сотрудниками Дневного Дозора города Москвы.
— И кто же эти счастливчики? — подал голос Семен, размышляя над тем, почему же и Гесер, и Завулон так сразу согласились на обмен.
— От лица Ночного Дозора темными магами на неделю станут Антон Городецкий и Лас.
Семен незамедлительно ткнул Антона в бок и подмигнул:
— Многие считают тебя любимчиком Завулона. Думаю, именно он настоял на твоем появлении в офисе Дневного дозора...
— Но Борис Игнатьевич, это афера чистой воды, — пропустив подколку Семена мимо ушей, возразил Городецкий. — Мы же можем выяснить секретную информацию и…
— Да, — перебил того Гесер. — Правильно мыслишь, Антон. Именно поэтому вам поставят знак Карающего Огня. Чтоб не проболтались.
— Замечательно, — буркнул Городецкий. Неделя общения с Завулоном его абсолютно не прельщала.

***

При появлении Светлых в офисе Дневного Дозора наступила тишина. Лишь часы на стене продолжили громко отсчитывать время до конца рабочего дня.
— Доброе утро, — кивнул Борис Игнатьевич вампиру и оборотню, сидевшим в дежурке. Те лишь пробурчали что-то непонятное в ответ, что можно было расценить, как приглашение пройти в кабинет к их шефу. Что, собственно, и сделал Гесер, за которым следовали Антон и Лас.
— Привет-привет, — поздоровался Завулон, завидев гостей. — И почему Светлые настолько непунктуальны?..
— Потому что оттягивают время до встречи с Темными, — в тон ему ответил шеф. — Только не убей моих мальчиков, Завулон. Иначе я от тебя мокрого места не оставлю.
— Ну конечно, мой дорогой враг. Хотя я думаю, что скорее уж твои нашкодят, – шеф Дневного Дозора захихикал.
— Смотри у меня, — пригрозил пальцем Гесер. Спросил между делом, — где там твои? Я забираю.
— Спроси в дежурке, может, они знают. Юра, вроде как, в комнате отдыха отсыпается, а где Шагрона черти носят — не знаю.
— Беспорядок у тебя. И в дежурке, кстати, тоже. Пиво тайком пьют.
— Да? Надо же, а я ведь им только вчера выговор сделал. Ладно, разберусь. Иди уже, Светлый.
— Береги моих ребят, Тёмный.
Гесер покинул кабинет, а Антон с Ласом остались наедине с Завулоном.
Тех, кто был назначен им на замену в Ночном Дозоре, Антон знал. Шагрон достаточно хорошо общался с Эдгаром. Вполне серьёзный Иной.
Юрия же Городецкий видел всего несколько раз. Однажды Тигрёнок, сидя в телебашне, разговаривала с ним. В то же время на Антона велась охота... организованная, как ни странно, Ночным Дозором.
— Чем хотите заняться в Дневном Дозоре, Светлые? Приму на любую вакансию! — Завулон театрально взмахнул руками, показывая, что все двери, мол, открыты.
— Считай нас Тёмными, — хмуро проговорил Городецкий. — Аналитический отдел.
— А я в патруль хочу, — заявил Лас.
— Хорошо, Тёмные, — хмыкнул Завулон, нарочито сделав акцент на втором слове. — Лас, можешь приступать. Спроси на входе у ребят, где Лемешева. Она тебя куда-нибудь определит.
— Есть, шеф, — отдав честь, Лас покинул кабинет. Казалось, он был целиком и полностью доволен попаданием в Дневной Дозор.
— Ну здравствуй, Антон, — наконец оставшись один на один с Городецким, проговорил Завулон. — Давно не виделись. Ты присаживайся.
— И правда. Мне доставать амулет, или обойдемся без него? — немного настороженно поинтересовался он, опустившись в черное кресло.
Сидевший за тёмным столом мужчина беззвучно рассмеялся, запрокинув голову назад. А чуть успокоившись, произнёс:
— Ты же теперь Тёмный, Антон. Я не причиню тебе вреда, даже если захочу этого.
— Это радует. Скажи, зачем тебе я?
— А кто сказал, что я выбирал, кого пошлют в Дневной Дозор? Это полностью инициатива Гесера.
— Но зачем? — спросил Городецкий, непонимающе посмотрев на Завулона.
— Видимо, мой дорогой враг решил выяснить, понравится ли тебе здесь, среди нас. Ты ведь не раз проявлял себя как Тёмный, Антон. Кажется, Гесер думает, что однажды ты перейдешь на сторону зла.
— Возможно. В то время, пока я был женат на Свете, в Ночном Дозоре меня удерживали узы брака, но теперь... пока, пусть мы и остались друзьями, у нас есть дочь, которая нас объединяет. Но вскоре Надюшка выберет свой жизненный путь, и я смогу перестать быть Светлым.
— Вполне логично, — кивнул Завулон.
Он знал, что год назад Городецкий развелся с женой. Хоть оба и были Высшими магами, им стало слишком тяжело рядом с друг другом. Гесер пытался помешать распаду их брака, но у него, несмотря на все старания, ничего не вышло.
— И где же в Дневном Дозоре аналитический отдел?
— Второй этаж, пятая дверь слева. Кстати... — по видимости, обдумав что-то, Завулон продолжил, — Ласу знак Карающего Огня уже, думаю, навесили. Так что загляни в дежурку, спроси, где сейчас Инквизитор.
— Есть, шеф, — с усмешкой произнес Антон и вышел из кабинета. Завулон хмыкнул, внезапно осознав, что пару секунд назад Городецкий действительно был похож на Тёмного.

***

Аналитический отдел Антону не понравился. Как минимум потому, что в нём никого не было. Вообще никого. Либо Завулон пошутил, либо этим отделом в Дневном дозоре никто не пользовался.
Стерев пыль с доисторического компьютера, стоявшего в углу, после нескольких бесплодных попыток Антон всё-таки сумел его включить. База данных не обновлялась уже месяц. И как Тёмные так жили?..
Сбегав в дежурку и взяв у них папку с данными по различным происшествиям и нарушениям, Городецкий принялся вбивать информацию в базу компьютера.
Антон сидел до обеда, записывал в таблицу данные за последний месяц и вспоминал времена, когда он еще не был оперативником, медленно работал в отделе и никуда не спешил.
Не был знаком с треклятым Завулоном и не имел дел с Дневным Дозором. Но когда-то все изменилось. Просто по той причине, что Гесеру так было нужно.

***

Разыскав столовую, Антон обнаружил, что Лас уже нашел себе компанию, состоявшую из двух вампиров и одного мага. Он беззаботно сидел, раскачиваясь на стуле и попивая, как Антон надеялся, томатный сок.
Городецкий присел за свободный столик, стараясь не обращать внимания на косые взгляды. Нет, всем, конечно, разъяснили, что Инквизиция проводит эксперимент, только вот далеко не все были согласны на обмен сотрудниками.
— Присесть разрешишь? — рядом с Антоном неожиданно возник Завулон, державший в руках поднос. От такого зрелища Городецкий чуть было не поперхнулся водой, но взял себя в руки и выдавил:
— Будто бы тебе нужно мое разрешение...
— Не нужно, Тёмный, — согласился глава Дневного дозора, устроившись на соседнем стуле. — Лас уже компанию себе нашёл. А ты почему один, Антон?
— Потому что аналитический пустует, — угрюмо ответил тот.
— Нехватка кадров, — пожал плечами Завулон. — Все работники этого отдела в отпуске.
— Что-то ты расщедрился, шеф. Не похоже на тебя. Да и работники у тебя халявщики, картотеку уже месяц не ведут.
— Так они месяц в отпуске, — беззаботно проговорил Завулон.
— Точно расщедрился, — Антон хмыкнул. — А сколько работников в аналитическом отделе?
— Один, — смешливо фыркнул глава Дневного Дозора. — Не теряй зря времени, Антон. Тёмные практически не пользуются им. Будет время — заходи ко мне, за эту неделю нам надо будет многое обсудить.
Положив салфетку на поднос, Завулон покинул столовую, оставив Городецкого в одиночестве размышлять над тем, что же такого важного ему нужно обсудить с Тёмным.

***

И всё-таки он привык к вечной спешке, к дракам и вообще к оперативной работе. Если ещё первую половину дня Городецкий предавался воспоминаниям, то вот уже после обеда просто-таки не знал, куда деться от скуки.
Предложение зайти что-то обсудить, полученное от Завулона, неожиданно всплыло в памяти. И, подумав, что общение со старым неприятелем лучше, чем смерть от бездейственного существования, а попросту — от скуки, Городецкий направился в кабинет главы Дневного дозора.
— Заходи, Антон, — услышал Высший, подходя к двери. Знал ведь новоиспечённый шеф, что он все-таки придет.
— Мне жалко человека, который работает у тебя аналитиком, — плюхнувшись в кресло, заявил Городецкий.
— Это потому что ты оперативник. Смотрю, обжился у нас. Как к себе домой пришёл, — хохотнул Завулон.
— А кто знает? — пожал плечами Антон. — Может, я тут решу остаться. Примешь к себе, шеф? — язвительно спросил он.
— Ты действительно Тёмный, Городецкий. Твой коллега-Светлый, кстати, уже умудрился стащить у секретарши лифчик и пробежаться по всему офису Дневного дозора, размахивая им и в голос распевая песню Кипелова «Я свободен». Я уже даже начал сомневаться, кто из нас Светлый, а кто Тёмный.
Антон рассмеялся.
— Да, это было бы очень смешно, если бы не было так печально. Антон, не смей повторять этот фокус.
— Как он лифчик-то умудрился стащить? — спросил Городецкий, чуть успокоившись.
— А у меня секретарша такая... похотливая. Будет знать, как на рабочем месте...
— Мне кажется, ты это сам подстроил.
— Да ну тебя, Тёмный. Давно мечтал назвать тебя Тёмным, Антон. Намного больше подходит тебе, нежели Светлый.
— Сомнительный какой-то комплимент, — пробормотал Городецкий. — Так о чём ты поговорить хотел, Завулон?
— А о чём могут разговаривать старые неприятели? — ответил вопросом на вопрос шеф Дневного Дозора. — О жизни, конечно.
— О чём же еще, — фыркнул Антон. — Будем вспоминать старые ошибки?
— А давай. Только сначала достань из бара что-нибудь покрепче, — попросил Завулон, развалившись в кресле.
Отыскав бар, Антон выудил из него виски и коньяк. В глубине стоявшего рядом холодильника обнаружилась банка с огурцами.
Стопки уже стояли на столе. Разлив коньяк, Завулон торжественно произнёс:
— За ошибки!
— За ошибки! — вторил ему Антон, до сих пор не успевший понять, что пьянство с новым шефом ничем хорошим не закончится.

***

— Никогда больше не женюсь, — заявил Городецкий, поднимая очередную рюмку над столом.
— И правильно, Антоша, нечего себя узами связывать. Проще быть вольной птицей...
— Но только не синицей.
— Это еще почему? — не понял Завулон.
— В рифму просто того... пошло, — заплетающимся языком сказал Антон, опустошив рюмку. — Следующую на брудершафт!
— Ты уверен? — с сомнением поинтересовался Тёмный. В отличие от Городецкого, Завулон всё же еще осознавал щекотливость ситуации.
— Полностью, Артур, — то ли кивнув, то ли просто качнув головой, произнёс Антон. Он и сам не заметил, как начал называть Завулона его другим именем, которое знали немногие.
— Коньяк на брудершафт в Дневном Дозоре не пьют, ну да ладно... — хмыкнул Завулон, чуть улыбнувшись. — За тебя, Тёмный.
— За тебя, Тёмный, – повторил Городецкий и выпил, после чего осознал, что влип.
Брудершафт, да? И откуда он такие слова знает вообще... А, ладно, чему быть, того не миновать.
И лишь потом Антон понял, что целовать Завулона ему, в общем-то, понравилось.

***

Проснулся Городецкий ранним утром в собственной кровати, что его очень удивило, потому что дозорный абсолютно не помнил, как добрался до дома.
Квартиру в «Ассоль» он купил год назад, после развода со Светой. Удобная, небольшая, как раз для холостяка.
Голова раскалывалась, а память о том, чем же закончился вчерашний вечер, как будто была стёрта, уничтожена.
Антон ополоснулся под холодным душем, пытаясь прийти в себя. Никакого спиртного — сегодня все-таки на работу. Хотя начальник на эту неделю —Завулон, а значит, выговор он делать не станет. С ним пить можно, он не Гесер, как-никак.
Высший покачал головой. Почему он вдруг начал нахваливать главу Дневного дозора? Ему и в Ночном хорошо... вроде как.
Городецкий ведь и вправду задумывался о смене стороны. Зачем ему быть Светлым, если многие считают, пусть и про себя, что он на самом-то деле Тёмный? Просто ему, как Антон решил, повезло, ведь на него наткнулся именно Гесер, но если бы судьба в тот момент чуть-чуть переломилась, чуть-чуть поменяла свое направление, то он бы либо так и остался человеком, либо стал Тёмным, оказавшись по другую сторону баррикад.
На самом деле и Дневной, и Ночной Дозоры защищали то, что было им дорого. Да, разными способами, методами, но они старались ради своих приоритетов.
Антон хмыкнул, выключил воду и наскоро обтёрся полотенцем. С такими мыслями ему, пожалуй, в Инквизицию пора было. Такими темпами ещё немного — и он перестал бы видеть отличия между Светлыми и Тёмными, и тогда, пожалуй, недолго было бы до того самого переломного момента, когда Городецкий разочаровался бы в обоих дозорах.
Он надел свой любимый потрёпанный свитер, натянул брюки и, наскоро перекусив бутербродом, поехал в офис Дневного Дозора.
Антон решил прокатиться на метро. Хоть какое-то разнообразие, а то в последнее время он совершенно забросил свой старенький плеер и успокаивающие поездки на данном виде транспорта.
Городецкий выбрал в настройках случайный подбор песен, и сразу же зазвучала мелодия. Антон мгновенно понял, что из наушника доносится голос Кипелова, а играет песня «Кто ты».
«Как раз под настроение», — подметил он, вслушиваясь в припев.

Кто ты? Наказанье или милость?
Кто ты? Отрекаться не спеши!..
Может, за душой моей явилась?
Только нет души...


В скором времени Светлый добрался до офиса и сразу же поднялся к Завулону, миновав аналитический отдел. Во-первых, делать там ему было нечего, а, во-вторых, ему хотелось узнать, что произошло вчера после того, как он напился. О брудершафте Городецкий предпочитал не вспоминать.
На него по-прежнему косились все Темные. Конечно, ведь его — лично или заочно — точно знали те, кто тут работал. Дружил с вампиром, а сам убивал ему подобных. Странный тип, срывавший многие хитрые планы шефа. Однако этот самый «шеф» продолжал уважать Антона, мешавшего ему этак последний десяток лет нормально жить.
Антон замер у двери, думая, а стоит ли вообще заходить и вспоминать то, что было вчера? Случившегося не вернуть, а жить в неведении порой лучше, чем узнать всю правду и потом сожалеть.
— Городецкий, не протаптывай мне ковер, заходи.
Теперь выхода не было. Светлый повернул ручку, после чего потянул дверь на себя и вошел в темный пугающий кабинет.
— А вчера ты был куда нахальнее, — хмыкнул Завулон, по-хозяйски развалившись на непозволительно большом кресле.
— Ничего, впереди еще шесть дней, возмещу убытки, которые причинил своей нерешительностью.
— Это похоже на угрозу, Светлый. Неужели ты желаешь мне зла?
— С тех пор, как познакомился с тобой, — кивнул Антон.
— Я так и понял это по твоему вчерашнему поведению, — Завулон внимательно изучал лицо Городецкого и, заметив, как тот недовольно поморщился, криво улыбнулся.
— Я, кстати, по делу, шеф, — Высший перевел тему, заодно сделав особый акцент на последнем слове. — В аналитическом, я так понимаю, всё совсем плохо, но помогать тебе я особо не хочу, поэтому делать работу за того работника, что в отпуске, не собираюсь. В оперативку тоже не пойду — увольте, сражаться против своих же я, в отличие от Ласа, который об этом давно мечтал, не буду. Таким образом возникает вопрос: что мне, собственно, делать?
— Иди в патруль.
— Отыгрывайся на мне, я тебе это потом припомню, — пообещал Городецкий. — Я могу идти?
— Вечером жду тебя в моем кабинете с отчётом.
— На этот раз я буду виски, — подметил Светлый и покинул кабинет.

В пару ему поставили Ласа. Ну конечно, они же из Ночного, вместе должны ходить. В принципе, Антона только порадовал такой расклад событий.
— А ты представляешь, – вновь начал Лас, на этот раз повествуя о вчерашнем патруле, — я такой говорю ему: «Дневной Дозор, всем выйти из сумрака», а он на меня смотрит и внезапно произносит: «Ты ж из Ночного будешь». А я отвечаю: «Переквалифицировался».
Он засмеялся, а Городецкий лишь только выдавил из себя жалкое подобие улыбки, после чего взглянул вперед и нахмурился. Кто-то только что использовал поблизости магию. Слабую, 6-7 уровень, но использовал.
Антон буквально пробежал пару переулков, не отвечая на вопросы спешившего за ним Ласа.
— Дневной Дозор, всем выйти из Сумрака, — проговорил Городецкий немного непривычную для него фразу, в упор смотря на молоденькую Светлую. — Вы применили заклинание «Гремлин», которое могло бы повлечь за собой неминуемые последствия и даже смерть людей. Это было вмешательством шестого уровня, и я вынужден заявить об этом начальству.
— Н-но... — пролепетала девушка, а на её глаза навернулись слезы, – я же т-только бывшему отомстить хотела...
— И все равно вам нужно пройти с нами, — как бы Антон её не жалел, служба есть служба, и с ней ничего не поделаешь.

— Будет в следующий раз думать, — сказал Лас, когда их патруль закончился, и оба возвращались в отдел Дневного Дозора. — Отомстить, видите ли, хотела. А подумать она сначала не могла. Хотя жаль её, глупая еще просто... Ты куда сейчас?
— Шеф зайти просил, — уклончиво ответил Городецкий.
— Ну ладно. Бывай, — махнув рукой, Лас направился в сторону метро, а Антон вошёл в офис и вновь оказался перед темной дверью. Вздохнув, он без стука зашёл в кабинет.
— Виски, как и заказывал, — миролюбиво проговорил Завулон, даже не взглянув на Светлого. На столе находилась бутылка с вышеупомянутым напитком, а рядом стояла пара виски-глассов и лежала плитка горького шоколада.
— Вот скажи, Тёмный, ты когда в последний раз был, например, в кино?
— А что? — Завулон оторвался от бумаг и с усмешкой посмотрел на Антона. — Приглашаешь?
— Я еще до той кондиции, чтобы приглашать, не дошёл. Можешь спросить то же самое через пару-тройку стаканов, — Городецкий не мог понять, почему молол такую чепуху, но ему нравилось, ему хотелось, чтобы Завулон смотрел на него, восторгался им.
— Ты очень подозрительно покраснел, Тёмный, — протянул глава Дневного дозора. — Что-то вдруг произошло за время в патруле?
— Я вот думаю, почему вокруг так много глупых влюбленных, которые готовы пойти на всё, лишь бы отомстить за свою несчастную любовь?
— Потому что чувства иногда овладевают разумом, Городецкий. И тогда все, не только Иные, творят страшные вещи. Вспомни хотя бы Октябрьскую революцию, в которой любовница Гесера, Ольга, принимала непосредственное участие. Договор с противодействующими силами обошёлся ей боком, а она всего лишь хотела помочь себе, своим. Это, Антон, очень тяжело — поддаться напору чувств, но не перейти грань дозволенного.
— Зачем ты мне все это говоришь?
— Ты же сам спросил. Ладно, думаю, нам пора выпить. А потом в кино — на ночной сеанс мы успеем.
Подумав, Городецкий кивнул. Ему надо было расслабиться, а эта неделя предоставляла отличные шансы для того, чтобы воплотить все самые глупые идеи в жизнь.

Кинотеатр действительно работал. К тому моменту, как глава и временный работник Дневного Дозора добрались до него, фильм шёл уже пять минут. Но Иных это не остановило, поэтому Городецкий, внушив билетерше, что они случайно опоздали на сеанс, совершенно бесплатно зашел в зал. За ним последовал и Завулон.
— Ты же не будешь жаловаться сам себе? — невинно спросил он у Завулона, когда те уселись на задний ряд, который многие называли «местом для поцелуев». На самом деле там было очень удобно пить виски, что и продолжил делать Антон, как только откупорил еще одну бутылку.
— Делай, что хочешь, пока я разрешаю, — пожал плечами Тёмный. — Мы сюда пить пришли или всё-таки фильм смотреть? — казалось, Завулон был абсолютно трезв и полчаса назад мирно делал свою работу, а не пил алкоголь со Светлым на брудершафт.
— Вот я и буду делать то, что хочу, пока ты разрешаешь, — пьяно хихикнув, Городецкий вновь поднес бутыль к губам.
Завулон лишь хмыкнул, но не возразил. Пьяный Светлый был ему только на руку.

— Кто-о-о-о ты-ы-ы, наказанье или ми-и-илость, — пел, совершенно не попадая в такт и в ноты, Антон, повиснув на главе Дневного Дозора. — Кто-о-о-о ты-ы-ы, отрекаться не спеши-и-и-и...
— Перебрал, — сделал вывод Завулон, устало вздохнув. — Последняя бутылка явно лишней была.
— Только нет души-и-и, — протянул Городецкий и вдруг замер, с сумасшедшим весельем в глазах посмотрев на Завулона. — А у тебя ее точно нет.
И Светлый засмеялся, согнувшись пополам, давясь собственным смехо-кашлем. Только через пару секунд Антон заметно побледнел и, не разгибаясь, понесся к ближайшей лужайке.
— Странные вы, Светлые, — задумчиво почесав макушку, глава Дневного Дозора устало прислонился спиной к стене пятиэтажки, наблюдая за мучениями временного сотрудника. — Ты там аккуратнее, Антоша, — прокричал Завулон, но, увидев недвусмысленный жест, направленный в его сторону, пожал плечами.
Городецкий же, немного прочистив желудок, пожалел, что не взял с собой минералки. Ему оставалось лишь по неровной синусоиде направиться в сторону дома, изредка поглядывая на шедшего позади Завулона.
— А ты домой не собираешься, шеф? — смог выдавить Светлый, когда голова на миг перестала кружиться.
— Сначала тебя провожу, — послышался отрешённый ответ.
— Можешь остаться у меня.
— Когда ты напиваешься, то твои мозги отключаются сами собой, — выдохнул Завулон, после чего достал из кармана пачку сигарет. — Будешь?
Антон лишь покачал головой и сразу же пожалел об этом действии. Ему стало только хуже.
— Как хочешь, — закурив, Тёмный посмотрел вперёд. Перед ним возвышался жилой комплекс «Ассоль». — Кажется, мы пришли. Желаю доброй ночи.
— Какие все-таки странные эти Тёмные, — произнес Городецкий, взглянув вслед уходящему Завулону. — Им по закону жанра суждено быть злыми, но они желают доброй ночи, — нахмурившись, Светлый махнул рукой и вошел в подъезд.

***

Мелодия затрезвонившего телефона стала еще одной причиной головной боли Антона. Протянув руку и неловким движением скинув с тумбы какие-то статуэтки, Городецкий нащупал телефон и хотел было уже нажать кнопку отбоя, но передумал.
— Ты опаздываешь, Тёмный, — констатировал Завулон бодрым голосом. Будто бы и не пил вчера совсем.
— Выезжаю, — просипел Антон и вновь рухнул головой на подушку, сжимая в руке мобильный.
Но телефон вновь зазвонил, и дозорный, мысленно поклявшись больше никогда не пить, взял трубку.
— У меня к тебе дело есть, так что давай оперативно. Примени отрезвляющее, например.
— Хорошо, — вздохнув, Городецкий встал и поплёлся в ванную комнату, раздумывая, зачем же он нужен Завулону.

— С сегодняшнего дня ты мой секретарь, — объявил Завулон, а Антон застонал, специально ударившись головой о дубовый стол.
— С каждым новым днем тебя посещают все более идиотские идеи. Деградируешь, — заметил Городецкий. — А что с предыдущей секретаршей?
— Лас, — пропустив подколку мимо ушей, ответил Тёмный. — Один парень, а проблем тысяча.
Антон понимающе хмыкнул. Ласа боялся весь Ночной дозор, потому что где он – там проблемы.
— Я, кстати, тебя вызвал не только по этому поводу. Вечером у нас будет корпоративная вечеринка, и ты приглашен, — Завулон протянул Городецкому бумажку.
— Отказ принимается?
— Даже не думай.
Антон молча кивнул и покинул кабинет.

***

Городецкий договорился встретиться с дочкой во время обеда. Он подъехал к кафе около её школы и увидел Надю, стоявшую рядом с его парковочным местом.
— Привет, пап, — Наде было, насколько Антон помнил, четырнадцать. Или тринадцать. Нет, скорее всего, четырнадцать.
Они прошли в кафе, сделали заказ, и лишь после этого Антон сказал:
— Я понимаю, что ты просто хотела меня увидеть, но это не послужило бы причиной тому, что я сейчас именно здесь. Выкладывай, что за дело.
— А тебя не провести, пап, — засмеялась Надя. Дочь порой напоминала Городецкому своей манерой говорить Арину. — Что у вас там происходит? Про обмен кадрами я слышала, поэтому даже не пытайся меня обмануть. Да и я не про него сейчас.
— Что тогда ты хочешь услышать? — Антон давно понял, что у него не простой ребенок. Она была слишком умной и сильной, поэтому всегда добивалась того, чего хотела.
— Ты изменился после того, как попал в Дневной Дозор. Твоя аура, или что-то другое, не знаю... Но на тебя не производили воздействия. Это странно, правда.
Антон улыбнулся и потрепал дочь по волосам, пообещав, что потом все объяснит. Потому что как бы ему не хотелось признавать этого, но оно уже произошло, и обратного пути, кажется, нет.
Еще некоторое время поговорив с Надей о школьных делах, Городецкий отправился на работу. Пора бы ему, кажется, было обсудить все с Завулоном.

***

Антон никогда не обладал особой решительностью, не стремился делать первые шаги, но в этот раз все было иначе. Разговор с дочерью придал ему сил, и дозорный осознал, что пора действовать.
Завулон был на месте. Все так же восседал среди горы бумаг, даже не пытаясь их разобрать.
— Ты поговорить хотел, Городецкий? — спросил глава Дневного Дозора, искоса посмотрев на работника.
— Что-то типа того, — волнение давало о себе знать, но он точно решил для себя, что отступать не будет. — Я сегодня понял, что моя дочка ещё не влюблялась.
— Поздравляю. И это всё? — склонив голову набок, поинтересовался Завулон.
— Нет, — сглотнув, Антон продолжил, — ещё она сказала, что я изменился после того, как попал в Дневной Дозор. Помнишь мой первый день тут? Мы напились вдвоём, потом поцеловались и...
— Признаваться ты так и не научился, — хмыкнул Завулон, поняв, к чему клонит Городецкий.
— Да дай ты мне договорить! Ну вот, а дочка говорила о том, что аура изменилась. А что влияет на ауру, если не чужое воздействие? Чувства. Думал, что возненавидел, но на самом деле...
Улыбка, которую увидел Антон на лице главы Дневного дозора, дала ему понять, что он может и не продолжать.
Его чувства были приняты.

@темы: моё, "Дозоры", Фанфикшн

URL
Комментарии
2013-11-05 в 13:00 

Aquamarine_S
Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого?©
NaniRo ~,
Спасибо за такую улыбательную историю! :crzhug:

2014-07-07 в 20:43 

Дьявол большой оптимист, если верит, что может сделать людей еще хуже.
спасибо. очень-очень понравилось.
и поздравляю с днем рожденья.

2014-07-09 в 21:15 

NaniRo ~
Владия, спасибо, мне очень приятно ^_^

URL
   

death from smoking

главная